Вилли Токарев: "Жизнь всегда прекрасна"

Легенда русского шансона Вилли Токарев в 40 лет бросил обустроенный советский быт и с маленьким чемоданчиком отправился завоевывать мир. Какие бы сюрпризы ни подбрасывала судьба-злодейка, Вилли никогда не унывал. Не унывает и теперь, вернувшись в Россию. О своей жизни и своем успехе Вилли Токарев рассказал корреспонденту "Yтра".

"Yтро": Вилли, вам через год будет семьдесят пять. За плечами – не одна победа, концерты в Москве, Лондоне, Нью-Йорке, Париже... Когда начинали, верили в успех?

Вилли Токарев: Я приехал в Нью-Йорк с пятью долларами в кармане. В прямом смысле слова. Многие думают, что я ехал в объятия еврейской диаспоры, но я не еврей. Просто трудностей не боялся и пошел на улицу искать работу. Вообще, знаете, надо всегда придерживаться золотого правила – идти всегда прямо, как бы ни было трудно. Конечно, я выучил язык, потом, шаг за шагом, собрал первые деньги на выпуск собственной пластинки, музыку к которой, зарабатывая таксистом, писал прямо в машине на красном свете светофора. Мне кричали: "Зеленый свет, а ты стоишь!" Писал аранжировки, выпустил первые диски, и жизнь перевернулась с головы на ноги. А потом пошли другие диски, и вот уже вышло более 30 пластинок. Нецензурщины, в которой иные меня обвиняют, у меня нет вовсе – послушайте. А песни-шансон – так это блатная лирика... У академика Лихачева и профессора Проппа написано, что это искусство, которое нельзя зачеркивать. Ну, а потом, я же пишу еще и лирику, и сатиру, и юмор, и даже детские песни. Вот моя стихия.

"Y": Как вам удается сохранять молодость? Не пьете, не курите, диета?

В.Т.: Курю. Сигары. Вот на фабрику никарагуанских табачных изделий однажды попали мои диски. Когда там узнали, что я курю сигары, затребовали мой портрет и диски, и я послал три ящика моих дисков. А они выпустили эксклюзивные сигары с моим портретом. Не хочу заниматься пропагандой курения, но сигара намного полезней сигареты. Ни один злостный курильщик сигар не умер от инфаркта, а только от удовольствия. Насчет выпить – пью, но всегда норма: сто грамм в день. В итоге в год выпиваю 36 литров водки. Это – лекарство. А блюда люблю разные – украинские, еврейские, индийские, они же все вкусные!

"Y": Вы были успешны в Америке. Зачем вернулись в Россию?

В.Т.: Так я и не уезжал. Я был в России всегда. А в Америку уехал для реализации творчества, которое не вписывалось в рамки тогдашнего соцреализма. Есть ведь вообще такое правило, что где бы вы ни жили, но если там есть порядки, вы должны их соблюдать, иначе вам будет плохо. И потому я уехал туда, где можно было добиться успеха. И я не ошибся. Меня никто в Штатах никогда не спрашивал, зачем я приехал, какие песни пишу. Я благодарен Америке, которая дала мне возможность почувствовать свою силу, помогла состояться как человеку и музыканту.

"Y": Американская музыка на вас повлияла?

В.Т.: В США высочайшая музыкальная культура. Американский джаз просто недосягаем. А еще есть ведь и симфоджаз, есть великолепные музыканты, с невероятными аранжировками... А какой уровень качества записи! Вот, смотрите, записано в 60-х, а звучит, как будто писали только сегодня. Но я посещал еще и симфонические концерты Кливлендского, Израильского оркестра, оркестра Огайо, хотя, конечно же, и попсу изучал – они там ее здорово поют, и живым, между прочим, звуком. Если поймают на фонограмме, то тотчас же штрафуют и лишают сцены. Конечно, с посредственной музыкой не обретешь своего слушателя. А я так просто выбирал музыку, которая по мне. Но всегда – хорошую музыку. Вы не поверите, я пел подряд семь месяцев на английском языке на Бродвее, на 52-й стрит. Работал еще и в ночном клубе для респектабельной публики – и с итальянцами, и с пуэрториканцами. А для самых дорогих – для нашей публики, приехавших из Советского Союза, - пел в знаменитом ночном клубе "Одесса". Так вот, поверите ли, публика, что наша, что западная, даже не хотела идти в "Метрополитен-музей". "Нет, нет, к Вилли хотим идти", – рассказал мне один гид. Так что жизнь была интересной. Но совсем не легкой.

"Y": На английском писали?

В.Т.: Вышел альбом "Америка" на стихи, которые я написал на английском. Но это так, для интереса. А вообще пишу на русском и люблю наших, русских

"Y": А как вам российская эстрада?

В.Т.: Печально, что в России безграмотные в музыкальном отношении люди закрыли бесплатные школы. Таланты теперь не имеют возможности учиться. А в платных заведениях преподают порой бездарные люди, потому что в Советском Союзе было табу на западную музыку. Сколько мы потеряли из-за такого запрета! Но я уверен, просто не может быть иначе: придет то время, когда и у нас будет культура высочайшего класса, потому что наши люди в генетическом отношении – талантливейший народ в мире. Нужно лишь дать свободу, дать материал, люди должны быть эрудированны, для того чтобы песни не были суррогатами, какие сегодня мы слушаем на всяких там "фабриках"...

"Y": Ваша визитная карточка – "Небоскребы". Она теперь не о Москве ли уже?

В.Т.: Действительно, сейчас эта песня словно и о Москве, все ведь оттуда теперь переместилось сюда.

"Y": В Москве сегодня лучше, чем в Нью-Йорке?

В.Т.: Москва сейчас проходит курс молодого бойца. На Западе уже все прошли, там им все надоело, и они в спячке. А Москва сегодня заявила свою претензию на самый динамичный город в мире. Разумеется, еще предстоит немало сделать, чтобы довести ее до десятибалльной оценки, но все идет к тому. И, имея финансовые ресурсы, можно сделать так, чтобы Москва стала одним из лучших городов мира. Я люблю Москву, хотя здесь все довольно дорого, хотя приходится наблюдать всякие негативные явления... Но, вы знаете, ничего подобного сегодняшней Москве вы нигде в мире не найдете. Может, в некоторых аспектах Нью-Йорк и соприкасается с Москвой, но если Москва уже никогда не засыпает, то Нью-Йорк все же спит ночью, хотя когда-то был "вечным городом"... Берлин, Лондон – в шесть часов утра там все закрыто. А в Москве? Так что не надо никуда сейчас ездить, все есть здесь.

"Y": Вы тоже участвуете в московской ночной жизни?

В.Т.: Ну, у меня-то, слава Богу, двое маленьких детей, младшему – пять, а старшей – восемь, и я этим вполне счастлив. Так что, когда однажды задержался на записи до половины третьего ночи, уже позвонила жена Джулия: Милен хочет тебе сказать пару слов. "Папа, почему ты так долго? Не могу, спать хочу, приходи". Вот так. Дети же – это вообще самый главный источник энергии и хорошего настроения. Так что я главным образом с ними.

"Y": Ну, а досуг?

В.Т.: Читаю. Публицистику, в основном, серьезную-то литературу я еще в школе прочитал. Недавно прочитал труды Лихачева. А вообще читаю то, что дает духовную пищу, что поднимает на ступеньку выше.

"Y": Какую музыку слушаете?

В.Т.: Которая дает душевное равновесие, хорошее настроение и также дает возможность поучиться. И, конечно, многое из русской музыкальной классики.

"Y": А что у вас в перспективе?

В.Т.: Я всегда писал, пишу и буду писать песни. Вот я сплю – а тема приходит во сне, просыпаюсь – уже есть идея. Все происходит само собой. Конечно, огорчает, что в России мои песни не ротируют, но диски все равно продаются.

А еще пишу музыкальные портреты личностей, которые меня восхищают, есть у меня и своя передача на радио – пропагандирую величайшие оркестры мира. А еще однажды по просьбе МВД пел на зоне, потом обедал с заключенными, и они мне сказали: "Мы сидим по 15 - 20 лет, но любим жизнь и надеемся, что еще успеем побывать на свободе и насладиться жизнью". Это – правильно, я считаю. Точно... Потому что жизнь всегда прекрасна, даже тогда, когда очень тяжела, когда она нестерпимо тяжела.
Автор: admin | Комментарии [0] | 20-03-2008, 22:20 | Просмотров: 1734 | Категория: Новости